Встречи лидеров стран СНГ, прошедшие 21–22 декабря в Санкт-Петербурге, формально были посвящены вопросам интеграции, экономики и координации в рамках существующих союзов. Однако за официальными формулировками всё отчётливее проступает иная повестка — связанная с безопасностью, миграцией и перераспределением геополитических ролей в Евразии. О том, какие темы действительно находятся «в воздухе», но не всегда звучат за столом переговоров, и какую роль в этих процессах играет Казахстан, в интервью SHYNDYK.KZ рассказал политолог, эксперт по странам ЦА Аркадий Дубнов.
Военное производство и «красные линии»
Накануне встречи в Санкт-Петербурге в экспертной среде активно обсуждалась информация о возможной подготовке Казахстана к созданию производств артиллерийских снарядов и мин по стандартам НАТО. Однако, как подчёркивает Аркадий Дубнов, на высшем уровне эта тема, по всей вероятности, не поднималась.
«На президентском уровне, эта тема, скорее всего, не обсуждалась. На более низких уровнях сигналы неудовольствия с российской стороны раздавались, подробно об этом можно услышать в дискуссии на казахстанских ТВ, где выступали казахстанские эксперты, обсуждая, в частности, военную доктрину страны», — отмечает эксперт.
Таким образом, речь идёт скорее не о формализованной повестке переговоров, а о фоновых сигналах и экспертных дискуссиях, отражающих растущее внимание Москвы к военным и оборонным решениям Астаны.
Казахстан и новая архитектура Евразии
Эксперт также прокомментировал вернее рассматривать такие шаги Казахстана как продолжение его многовекторной политики, или же речь уже идёт о качественно новом уровне стратегической автономии, который может вызывать раздражение у союзников по ЕАЭС и ОДКБ?
По мнению Дубнова, происходящее нельзя рассматривать как отдельные эпизоды. Казахстан всё активнее вписывается в формирование новых геополитических структур, которые претендуют на роль основы будущего мирового баланса.
«Речь идет о развитии процесса формирования новых геополитических структур на пространстве Евразии, стремящихся стать основой нового баланса сил в мире. Казахстан в этих структурах стремится стать узловым контрапунктом, опираясь на огромную территорию, стратегические природные ресурсы, соседство с великими державами», — отмечает политолог.
В этой логике Казахстан всё меньше воспринимается как периферийный участник интеграционных объединений и всё больше — как самостоятельный игрок, балансирующий между центрами силы.
Миграция и ксенофобия: тупик ожиданий
Одной из самых болезненных тем последних недель стала трагедия в Подмосковье, вновь обострившая вопрос положения трудовых мигрантов из Центральной Азии в России. Однако, как признаёт эксперт, оснований для оптимизма здесь немного.
«К сожалению, обнадеживающих ответов на этот вопрос у меня сегодня нет. Во всяком случае, пока продолжается война в Украине, которая создает запрос на внутреннюю консолидацию российского общества, стержневым элементом которой является противостояние „чужим“, что и является питательной средой ксенофобии», — говорит эксперт.
Единственным возможным инструментом влияния, по его словам, могла бы стать консолидированная позиция стран региона.
«Единственное, на что следовало бы рассчитывать, так это на скоординированную позицию всей пятерки стран ЦА, а теперь и примкнувшего к ней Азербайджана, в защиту трудовых мигрантов из ЦА в России», — комментирует Дубнов.
Аркадий Дубнов не считает, что миграционная тема становится фактором системной нестабильности постсоветского пространства.
Ядерная риторика Минска
Отдельного внимания заслуживает и фактор Белоруссии. Несмотря на громкие заявления о «ядерном щите», эксперт призывает отличать политическую риторику от реальных решений.
«Пока презентации „ядерного щита“ Беларуси в защиту союзников не было, но политическая природа Александра Лукашенко непременно скажется в будущем, и он этой риторикой воспользуется. Надеюсь, она так и останется риторикой и не будет закреплена в каких-либо документах на уровне ОДКБ или, тем более, СНГ», — считает политолог.
Санкт-Петербургская встреча ещё раз показала: Казахстан всё очевиднее выступает не просто участником постсоветских форматов, а самостоятельным центром принятия решений, вынужденным балансировать между союзническими обязательствами и собственной стратегической логикой. Именно поэтому многие чувствительные темы — от оборонной политики до внешних военных стандартов — остаются за рамками официальных заявлений, но продолжают активно обсуждаться в экспертной и кулуарной плоскости. Для Астаны это не игра на разрыв, а попытка сохранить манёвренность в условиях стремительно меняющегося евразийского баланса сил.
