В Казахстане уже вторую неделю обсуждают доходы жён министров, акимов и топ-менеджеров квазигосударственного сектора. Публикация деклараций раскрыла не только личные доходы чиновников, но и финансовое положение их супругов. Диапазон доходов оказался впечатляющим — от миллионов до десятков и сотен миллионов тенге, сообщает SHYNDYK.KZ.
Особое внимание привлек Фонд национального благосостояния «Самрук-Казына». В декабре прошлого года стало известно, что топ-менеджеры фонда за девять месяцев получили более 6,7 млрд тенге, что почти на треть больше, чем годом ранее. При этом распределение премий и бонусов официально не раскрывалось. В январе появились декларации председателя правления фонда Нурлана Жакупова: за три года — с 2022 по 2024 — его совокупный доход превысил 805 млн тенге.
Декларации выявили доходы супруги главы представительства АО «Самрук-Қазына» в Пекине Сакена Муратулы — Гульнур Нуркеевой. За 2024 год она задекларировала 96,3 млн тенге, один из самых высоких показателей среди жён чиновников и топ-менеджеров.
Сам факт существования пекинского офиса фонда вызывает вопросы. После событий января 2022 года президент Токаев критиковал фонд за неэффективность и поручил закрыть зарубежные офисы, включая Пекин, с целью экономии 2,6 млрд тенге в год. Однако, как следует из косвенных данных, пекинский офис был тихо восстановлен уже в 2023 году, без публичных анонсов и прозрачной отчётности. Если бы не декларации, общественность, вероятно, так и не узнала бы о его существовании. Восстановление офиса совпало по времени с назначением Нурлана Жакупова главой фонда в апреле 2023 года. Руководителем представительства стал Сакен Муратулы.
Офис координирует взаимодействие с китайскими государственными корпорациями, включая China Energy и PowerChina, по строительству трёх угольных ТЭЦ.
Супруга Сакена Муратулы — Гульнур Нуркеева — является управляющим партнёром и соучредителем частной компании GRATA International GLF Law Firm Ltd., зарегистрированной в Международном финансовом центре «Астана» (МФЦА). Эта компания участвует в тендерах на юридическое сопровождение проектов «Самрук-Казына», включая сделки с китайскими подрядчиками, где стоимость контрактов достигает сотен миллионов тенге за лот.
В публичной среде Нуркеева представляется как адвокат, однако по законодательству РК адвокат может работать либо индивидуально, либо через адвокатскую контору. Участие в коммерческом ТОО, особенно в качестве учредителя и партнёра, нарушает Закон «Об адвокатской деятельности и юридической помощи». Более того, на конец 2025 года Нуркеева не состояла в Республиканской палате адвокатов, что делает невозможным её официальное представление себя как адвоката. Это явное нарушение закона и профессиональной этики.
Помимо этого, на неё зарегистрировано ИП, основной вид деятельности — аренда жилья и автомобилей. По данным Комитета госдоходов Минфина РК, налоги за отчётный период либо не уплачивались, либо их уплата не подтверждена, что вызывает дополнительные вопросы к прозрачности её доходов.
Особое внимание вызывает и публичный образ жизни Нуркеевой. В социальных сетях она демонстрирует дорогие бренды, путешествия, рестораны премиум-класса — настоящий лакшери-стайл. Это не субъективная оценка или зависть, а констатация факта, усиливающая общественный интерес к источникам и структуре её доходов, особенно на фоне участия её компании GRATA в тендерах и контрактов с дочерними компаниями «Самрук-Казына».
По данным Kompra.kz, на имя Сакена Муратулы зарегистрировано ИП. По закону РК топ-менеджер “Самрук-Казына” уже нарушил закон, открыв ИП уже в должности руководителя представительства. Согласно статье 13 Закона РК «О противодействии коррупции», лицам, уполномоченным на выполнение государственных функций, запрещено заниматься предпринимательской деятельностью.
Важный нюанс: закон не делает исключений для «пассивного» бизнеса или ИП, которое «просто открыто». Сам факт регистрации ИП лицом, занимающим должность руководителя представительства АО «Самрук-Қазына» в Пекине, является грубым правонарушением. Несоблюдение этого ограничения является основанием для расторжения трудового договора и прекращения деятельности. Сакен Муратулы, руководитель пекинского офиса, уже нарушил закон, открыв ИП, находясь в должности, что ставит под сомнение легитимность его работы и полномочий.
Кроме того, здесь налицо грубое нарушение внутренних правил «Самрук-Қазына». Кодекс поведения и Политика конфликта интересов Фонда прямо обязывают сотрудников раскрывать любые семейные связи, если родственник участвует в закупках. Ситуация, когда супруга сотрудника претендует на контракт — это конфликт интересов, который должен быть заранее заявлен как со стороны работника, так и со стороны поставщика. Сокрытие этой информации является нарушением корпоративных стандартов и ставит под сомнение законность итогов тендеров.
В стране должны царить Закон и Порядок для всех, независимо от фамилии или должности. Мы направим соответствующий запрос и потребуем разъяснений от контролирующих органов, чтобы понять, как такие нарушения могли остаться без последствий.
Поэтому особое внимание привлекает тендер на юридические услуги №1151977, связанный с дочерней компанией «Самрук-Энерго» и компанией GRATA, возглавляемой женой топ-менеджера Сакена Маратулы ― Гульнур.
Сумма тендера: 749 167 900 тенге.
Заказчик и организатор: ТОО “Өскемен Энерго”.
Организатор и заказчик несколько раз пересматривали протокол итогов, в результате тендер признан несостоявшимся. Новый тендер объявлен уже с ограниченным числом поставщиков.
Тот же консорциум, в составе GRATA International GLF Law Firm Ltd. и ТОО «Юридическая компания GRATA», под руководством Гульнур Нуркеевой, ВНИМАНИЕ, признан победителем!!! Итоговая сумма контракта: 361 938 000 тенге.
Это случайность? Или везение? Как думаете??? Разве такие схемы допустимы в квазигоссекторе? Почему контролирующие органы не реагируют на очевидный конфликт интересов?
Ещё внимание вызывает вопрос «китайской экспертизы». В тендерах на строительство ТЭЦ в Кокшетау, Семее и Усть-Каменогорске ключевым требованием было знание китайского права. Победитель — консорциум, в составе которого GRATA, официально заявлял Гульнур Нуркееву как эксперта, ссылаясь на её LLM и PhD из китайских вузов.
Однако законодательство КНР однозначно:
- необходимо сдавать государственный квалификационный экзамен;
- быть членом Китайской палаты юристов;
- иностранные граждане не допускаются к экзамену и не могут официально консультировать по китайскому праву.
Кроме того, Нуркеева не является юристом по китайскому праву — у неё есть лишь магистерская степень; членом китайской палаты юристов она не является и, соответственно, не может давать официальные заключения. Также, по имеющийся информации, у неё нет опыта работы в спорах по контрактам ЕРС, заявленные «5 лет опыта» — тогда это же считается фикцией?
Следствие: фонд выплачивает сотни миллионов тенге за юридические услуги, которые юридически невозможно оказывать. Это не просто нарушение корпоративной этики — это прямое нарушение закона, открытое злоупотребление государственными средствами и риск для всех проектов, где задействована «китайская экспертиза».
Вопросы, которые напрашиваются сами собой:
- Кто проверял квалификацию эксперта и полномочия GRATA?
- Какая ответственность за эти миллионы тенге, фактически выброшенные на фиктивные услуги?
“Факты, выявленные до сих пор, создают у меня ощущение «чёрного ящика», внутри которого распределяются миллиарды тенге”, — сказала главный редактор SHYNDYK.KZ Газиза Раимбек.
Она отметила следующее:
- топ-менеджер “Самрук-Казына” Сакен Муратулы ведёт ИП, нарушая антикоррупционное законодательство;
- его супруга Гульнур Нуркеева выигрывает крупные тендеры у дочерних компаний фонда, имея юридические ограничения.
“Я считаю, что случай с пекинским офисом Фонда, GRATA и тендерами дочерних компаний «Самрук-Энерго» — не частный эпизод, а симптом системной проблемы, где семейные связи превращаются в инструмент контроля над государственными деньгами.
На фоне выявленных ранее финансовых нарушений ВАП в группе «Самрук-Казына» на сумму около 350 млн тенге данный кейс выглядит не частным эпизодом, а симптомом системной проблемы. Закрытые решения, семейные связи, непрозрачные тендеры и отсутствие публичной отчётности формируют устойчивое ощущение «чёрного ящика», внутри которого распределяются миллиарды государственных тенге”, — подчеркнула Газиза Раимбек.
