Переговоры о будущем одного из крупнейших нефтяных проектов Казахстана переходят в новую фазу. Если раньше власти говорили главным образом о необходимости пересмотреть условия соглашений с крупными недропользователями в пользу государства, теперь впервые появились конкретные параметры возможной сделки по Тенгизу. По данным Bloomberg, Казахстан хочет получить около $10 млрд за продление соглашения после 2033 года и увеличить свою долю в «Тенгизшевройле» с нынешних 20% как минимум до 35%. Переговоры пока находятся на ранней стадии, поэтому эти параметры нельзя считать согласованными условиями сделки, пишет SHYNDYK.KZ.
Вопрос в том, сколько в реальности могут стоить для Казахстана дополнительные 15 процентных пунктов в компании, которая управляет одним из крупнейших нефтяных месторождений мира.
Сейчас структура ТШО выглядит следующим образом: Chevron принадлежит 50%, ExxonMobil — 25%, «КазМунайГазу» — 20%, ещё 5% приходится на долю «Лукойла». Действующее соглашение по разработке Тенгиза и Королевского месторождения истекает в 2033 году. Эту структуру собственности подтверждают как Chevron, так и сам ТШО.
Таким образом, если предложение Казахстана будет принято, доля государства через КМГ должна увеличиться сразу на три четверти — с 20% до 35%. Однако неизвестно, за счёт долей каких именно партнёров может произойти такое перераспределение и на каких финансовых условиях. Bloomberg сообщает о позиции Казахстана на переговорах, а не о достигнутой договорённости.
Сколько могут дать дополнительные 15%
Простейший способ оценить масштаб — посмотреть на прибыль ТШО за предыдущие годы.
Согласно финансовой отчётности Chevron, чистая прибыль Tengizchevroil в 2023 году составляла $6,569 млрд. В 2024 году — $5,779 млрд, а в 2025-м снизилась до $2,496 млрд.
Если чисто арифметически рассчитать, какая часть этой прибыли соответствовала бы дополнительным 15 процентным пунктам участия, получаются совершенно разные суммы.
При финансовом результате 2023 года дополнительные 15% соответствовали бы примерно $985 млн прибыли в год.
При результате 2024 года — около $867 млн.
При результате 2025 года — около $374 млн.
Это не означает, что именно столько Казахстан автоматически получил бы деньгами. Чистая прибыль компании и дивиденды акционерам — разные показатели: часть средств может оставаться внутри предприятия, направляться на инвестиции, обслуживание обязательств и другие цели. Однако такой расчёт показывает экономический масштаб доли, за которую сейчас идёт торг.
Если использовать опубликованные PROTENGE данные о результатах ТШО за первое полугодие 2026 года — $13,5 млрд выручки и $2,81 млрд чистой прибыли, — дополнительные 15 процентных пунктов соответствуют примерно $421,5 млн от полугодовой прибыли. При чисто условном сохранении такого результата во втором полугодии речь шла бы примерно о $843 млн за год.
Но это именно сценарный расчёт, а не прогноз доходов государства.
Есть и другой показатель — реальные дивиденды
Ещё интереснее посмотреть не на бухгалтерскую прибыль, а на деньги, которые Казахстан уже получает от своей нынешней 20-процентной доли.
По официальной отчётности «КазМунайГаза», за первое полугодие 2026 года дивиденды, полученные КМГ от ТШО, выросли до 441 млрд тенге, или примерно $907 млн. Годом ранее за тот же период они составляли 328 млрд тенге, или $641 млн.
И здесь можно провести ещё один, исключительно иллюстративный расчёт.
Если бы при тех же условиях распределения прибыли КМГ принадлежало не 20%, а 35% ТШО, пропорционально дополнительные 15 процентных пунктов соответствовали бы примерно $680 млн дополнительных дивидендов только за первое полугодие 2026 года.
При механическом удвоении полугодового результата получается уже около $1,36 млрд в год.
Но и эту сумму нельзя считать прогнозом будущих дивидендов. Размер выплат меняется год от года и зависит от прибыли, капитальных расходов, долговой нагрузки, инвестиционной программы и решений участников ТШО. Этот расчёт нужен лишь для понимания масштаба: дополнительные 15% в Тенгизе — это потенциально актив, способный при благоприятной конъюнктуре приносить Казахстану сотни миллионов долларов дополнительного денежного потока ежегодно.
Почему торг начинается именно сейчас
Казахстан подошёл к переговорам в момент, когда крупнейший цикл расширения Тенгиза фактически завершён.
Проект будущего расширения и Проект управления устьевым давлением должны увеличить добычу нефти примерно на 260 тыс. баррелей в сутки. После выхода новых мощностей на полную загрузку общий объём производства может достигать порядка 1 млн баррелей нефтяного эквивалента в сутки.
Как писал ранее Bloomberg, только стоимость масштабного расширения Тенгиза оценивалась примерно в $48,5 млрд.
В первом полугодии 2026 года ТШО добыл 16,6 млн тонн нефти. После выхода новых объектов на проектную мощность Министерство энергетики сообщало о планах компании довести производство по итогам года до 40 млн тонн.
Таким образом, переговоры о периоде после 2033 года начинаются уже после того, как партнёры вложили десятки миллиардов долларов в инфраструктуру, позволяющую поддерживать значительно более высокий уровень добычи.
При этом сам Chevron ещё в 2025 году подтвердил начало переговоров с правительством Казахстана о продлении соглашения. А в мае 2026 года руководство американской компании заявляло, что стороны обсуждают техническую, коммерческую и юридическую части будущей конструкции и пока не столкнулись с непреодолимыми разногласиями. Окончательной сделки при этом ещё нет.
Казахстан готовился к пересмотру условий заранее
Поэтому нынешнее требование нельзя рассматривать как внезапную инициативу Астаны.
Ещё на расширенном заседании правительства в январе 2025 года Касым-Жомарт Токаев говорил о необходимости активизировать переговоры по крупным нефтегазовым соглашениям. Президент признавал вклад таких проектов в развитие экономики и необходимость долгосрочного горизонта для инвесторов, но одновременно поставил перед правительством задачу обсуждать продление контрактов на обновлённых и более выгодных для Казахстана условиях.
В мае 2026 года Министерство энергетики уже официально сообщало, что приступило к формированию предложений по дальнейшей разработке Тенгиза после окончания действующего соглашения в 2033 году. В ведомстве подчёркивали необходимость учитывать интересы как государства, так и инвесторов.
Теперь, если информация Bloomberg подтвердится по итогам переговоров, становится понятнее, что именно Астана может вкладывать в понятие «более выгодных условий».
Речь идёт уже не только о налогах, местном содержании или дополнительных обязательствах инвесторов. Казахстан, судя по опубликованным данным, хочет изменить саму экономику своего участия в проекте: получить около $10 млрд единовременного платежа и одновременно увеличить долю государства с 20% до минимум 35%.
$10 млрд — только одна часть возможной сделки
Причём эти две цифры важно не смешивать.
Если Bloomberg правильно описывает переговорную позицию Астаны, $10 млрд — это требуемый Казахстаном платёж за продление соглашения, тогда как увеличение доли до 35% создаёт отдельный долгосрочный экономический эффект.
Поэтому оценивать потенциальную сделку только в $10 млрд было бы неправильно.
Дополнительные 15% дают Казахстану право на большую часть будущих экономических результатов ТШО на протяжении всего нового срока соглашения. И даже исторические показатели показывают огромный диапазон возможной стоимости этого участия.
Если ориентироваться на прибыль ТШО последних лет, дополнительные 15 процентных пунктов соответствовали примерно $374 млн при результате 2025 года, $867 млн при результате 2024-го и почти $1 млрд при результате 2023 года.
На горизонте десяти лет чисто математически это диапазон примерно от $3,7 млрд до почти $10 млрд доли в совокупной прибыли при сохранении соответствующего уровня финансовых результатов.
За двадцать лет — уже примерно от $7,5 млрд до почти $20 млрд.
Это не оценка стоимости пакета и не прогноз будущей прибыли ТШО: цены на нефть, объёмы добычи, операционные и капитальные затраты, налоговые условия и сама экономика месторождения будут меняться. Но такой диапазон хорошо показывает, почему спор о дополнительных 15% имеет для Казахстана гораздо большее значение, чем один разовый платёж.
Тем более Тенгиз остаётся колоссальным ресурсным активом. По данным ТШО, геологические запасы нефти на Тенгизе оцениваются в 3,1 млрд тонн, или 25 млрд баррелей, а на Королевском — ещё примерно в 200 млн тонн. Извлекаемые запасы двух месторождений оцениваются примерно в 1,4 млрд тонн, или 11,5 млрд баррелей.
Поэтому главный предмет нынешнего торга — не только условия работы иностранных нефтяных компаний после 2033 года. Фактически решается вопрос о том, какая часть экономики одного из крупнейших нефтяных активов страны будет принадлежать самому Казахстану в следующие десятилетия.
И если Астане действительно удастся одновременно получить требуемые $10 млрд и увеличить государственную долю с 20% до 35%, экономический эффект потенциального соглашения будет измеряться далеко не только первоначальным платежом.
