Участие израильской компании Mekorot в водных проектах Алматы и Туркестанской области вызвало обсуждение в социальных сетях: может ли модернизация инфраструктуры обернуться зависимостью от иностранного партнёра? Международный эксперт в области водных ресурсов, изменения климата и устойчивого развития Булат Есекин в комментарии SHYNDYK.KZ подчеркнул: сотрудничество необходимо, однако стратегическое управление водой должно оставаться в руках Казахстана. При этом даже передовые технологии, по его оценке, не способны заменить природные процессы, обеспечивающие восполнение водных ресурсов.
Что известно о проектах Mekorot
Сотрудничество Казахстана с израильскими водными компаниями обсуждалось ещё в мае 2024 года. Тогда МИД Казахстана сообщал, что посол Даулет Ембердиев ознакомился с деятельностью Mekorot, Odis и BlueGen Water. Переговоры касались управления водными ресурсами, очистки и переработки сточных вод, опреснения и водосберегающих технологий. По итогам встреч стороны договорились продолжить изучение совместных инициатив и организовать визиты представителей компаний в регионы Казахстана.
В Алматы Mekorot совместно с Центрально-Азиатским институтом экологических исследований — CAIER — участвовала в разработке мастер-плана по комплексному и рациональному управлению водными ресурсами города. По сообщению института, результаты проекта представили акиму 19 января 2026 года. Инициатором выступило городское Управление экологии и окружающей среды. Исполнители представили выводы и рекомендации для развития водоснабжения и обеспечения водной безопасности Алматы.
В Туркестанской области обсуждались развитие инфраструктуры, цифровизация и эффективное управление водными ресурсами. Акимат сообщал о переговорах с представителями Mekorot и заинтересованности в совместных проектах.
На сайте ТОО «Водные ресурсы — Маркетинг», одного из участников сотрудничества, указано, что 27 января 2026 года на казахстанско-израильском бизнес-форуме в Астане подписали соглашение по модернизации, развитию и эксплуатации систем водоснабжения и водоотведения Туркестанской области и города Туркестана. Однако само сообщение о соглашении не позволяет установить весь объём полномочий участников: для этого необходимо изучить условия документа.
Именно различие между привлечением экспертизы, внедрением оборудования и передачей управленческих полномочий становится главным вопросом при оценке такого сотрудничества.
Водная безопасность — вопрос национальной безопасности
Булат Есекин, координатор Центрально-Азиатской платформы по управлению водными ресурсами и изменению климата, считает, что сотрудничество с зарубежными компаниями должно сохранять самостоятельность Казахстана в принятии стратегических решений. В его оценке вода связана с целым комплексом вопросов безопасности.
«Такие вопросы, как водная безопасность и водообеспечение, являются вопросами национальной безопасности. Тут зависимости не должно быть. Сейчас с помощью искусственного интеллекта и цифровизации технологии становятся подконтрольными: их можно включить, отключить, остановить или поддержать. Поэтому вопросы водной безопасности — это вопросы национальной безопасности. Конечно, нужно сотрудничать с такими странами, как Израиль, и такими крупными, развитыми компаниями. Но, не отдавая им управление. Локальные вопросы они могут решить и поддержать. Но стратегическое управление водой и обеспечение водой Казахстана ни в коем случае нельзя отдавать другим иностранным компаниям и странам. От этого зависит продовольственная безопасность, безопасность здоровья, устойчивость климата и многие другие вопросы: миграция, конфликты — всё зависит от воды», — подчеркнул эксперт.
При этом Есекин не заявляет, что Mekorot уже получила стратегический контроль над водными ресурсами Казахстана. Он обозначает принцип, которым, по его мнению, государство должно руководствоваться при работе с иностранными партнёрами.
Где проходит граница между модернизацией и зависимостью
Разграничивать полномочия Есекин предлагает по уровню решений. Зарубежные технологии могут использоваться для сокращения потерь, учёта и повышения эффективности отдельных систем. Однако управление водными потоками и ресурсами страны должно оставаться за Казахстаном.
«Стратегические вопросы управления водными потоками и вообще водными ресурсами должны быть в руках самого Казахстана, государства. А вот вопросы локальные, такие как оптимизация, потери воды, локальные системы учёта, мониторинга, — там могут работать, можно применять технологии. Но при этом нужно, чтобы эти технологии были не просто у чужой компании. Нужно, чтобы наши фермеры, акиматы, предприятия перенимали этот опыт, обучались и тоже внедряли, потому что в Израиле очень много технологий», — пояснил Есекин.
Таким образом, важным результатом сотрудничества эксперт считает не только установку оборудования, но и передачу знаний. Казахстанская сторона должна приобретать компетенции, позволяющие самостоятельно применять и обслуживать внедряемые решения.
Что могут израильские технологии
Есекин признаёт достижения Израиля в водной сфере. Среди полезных решений он называет водосбережение, капельное орошение, дождевание и космический мониторинг. Вместе с тем эксперт считает необходимым различать возможности технологий и природных систем.
«Технологии сегодня, как считалось, имеют решающее значение: это водосбережение, капельное орошение, дождевание, космический мониторинг. Но сейчас растёт понимание, что водные процессы, водные циклы являются частью природных процессов, незаменимых технологиями. Это поддержание устойчивости климата, поддержание глобальных водных циклов. Технологии хороши для небольших стран, для небольших хозяйств, в локальном масштабе, когда позволяют оптимизировать использование воды. Например, чтобы меньше воды утекало из оросительных каналов, чтобы были учёт, мониторинг и водосбережение. Израиль — одна из самых продвинутых стран. Его технологии добились того, что на совершенно сухой территории получают урожай, решают проблемы питьевой воды. Но растущий водный кризис, который сегодня получил планетарный масштаб, уже этими технологиями не решить», — считает Есекин.
Среди направлений практического сотрудничества эксперт также выделяет опреснение морской воды и очистку сточных вод. По его оценке, израильские технологии очистки достигли высокого уровня, и этот опыт может быть полезен при модернизации водного хозяйства.
Почему важно восстанавливать природные водные циклы
Главную долгосрочную задачу Есекин видит в восстановлении природных механизмов восполнения воды. Он обращает внимание на взаимосвязь испарения, переноса осадков, состояния ледников, лесов, почв, рек и озёр.
«Представьте себе: миллиарды тонн воды стекают по Енисею, Нилу, Миссури, по всем рекам планеты. Вода возвращается в виде испарения с океана, с рек, возвращается на ледники, на континенты, пополняет реки и озёра. Никакая технология не сможет это заменить. Кардинальное и ключевое направление заключается в том, чтобы не нарушать природные процессы, не нарушать водные циклы, а делать всё, чтобы они восстанавливались. Потому что человечество, как ребёнок, не в состоянии поддержать работу сложного суперкомпьютера, но, как ребёнок, может его легко сломать. Вот то, что мы делаем. Технологии, конечно, очень важны в локальном плане. Но в глобальном масштабе, в национальных масштабах они никогда не заменят природные процессы, которые взаимосвязаны. Это климат, солнечная радиация, испарение с океанов, деятельность лесов, перенос осадков с океанов на континенты. И почва, которая удерживает влагу», — объяснил эксперт.
В своём комментарии Есекин неоднократно подчёркивал несопоставимость масштабов природных процессов и технических возможностей человечества. Для Казахстана и Центральной Азии он считает эту проблему особенно значимой.
«Главная задача человечества, особенно таких стран, как Казахстан, Центральная Азия, которые особенно зависят от воды, поскольку находятся в аридных условиях, удалены от океана, — восстанавливать природные процессы. Восстанавливать почву, растительность, реки, перестать перегораживать их плотинами, дамбами и так далее. Технологии не могут в принципе заменить природные процессы, которые обеспечивают водой человечество, жизнь. Главное наше достояние — круговорот воды, главный регулятор», — подчеркнул Есекин.
Большой агропроект не всегда означает пользу для страны
Говоря о необходимости учитывать природные ограничения, Есекин рассказал о предложении израильской компании, которое, по его воспоминаниям, обсуждалось в Казахстане примерно пять лет назад. Оно предусматривало масштабное производство продовольствия для других регионов мира.
«Израильская компания лет пять назад предлагала Казахстану план, связанный с ООН, для того, чтобы накормить Африку: ваша территория большая, у вас можно.Они посчитали, сколько можно выращивать кур, картошки, производить мяса, выращивать свиней и так далее с помощью своих технологий. И насчитали огромные объёмы еды. Но они, как любая частная компания, не считали последствия для земли и для воды. Такие планы по массированной нагрузке на землю и воду ради получения прибыли, под большим предлогом спасения голодающей Африки или Азии, на самом деле обернулись бы большой экологической, водной катастрофой для Казахстана. Тогда мы сказали: надо изучать последствия воздействия на природу. Потому что так интенсивно заниматься выжиманием из неё всех возможностей опасно», — рассказал эксперт.
Название компании и документы этого проекта в интервью не прозвучали. Поэтому описанный Есекиным эпизод нельзя автоматически связывать с Mekorot или нынешними проектами в Алматы и Туркестанской области.
Объясняя уязвимость казахстанских земель, эксперт обратился к историческому опыту использования природных ресурсов.
«Не случайно наши предки жили кочевым образом жизни. Два сезона нельзя было находиться на одном месте, потому что нужно было дать возможность восстановиться. У нас другие условия: содержание гумуса, климатические условия засушливости, удалённость от океана, который является источником переносимой воды. Всё это говорит о том, что у нас очень уязвимые земельные и водные ресурсы. И мы не имеем права поддаваться посулам и деньгам или гнаться за прибылью, чтобы разрушить и получить вместо Аральского моря полную деградацию Казахстана», — считает Есекин.
По его мнению, при оценке инвестиционных предложений необходимо учитывать способность природных систем выдерживать нагрузку и восстанавливаться.
Аральский кризис требует пересмотра хозяйственной политики
Есекин считает, что меры по преодолению Аральского кризиса должны сопровождаться изменением хозяйственной политики. Он обращает внимание на противоречие между международными призывами помочь региону и производством водоёмких культур в бассейне Аральского моря.
«Мы должны сегодня, учитывая изменение климата, сокращение воды, делать нашу стратегию такой, чтобы обеспечить себя едой, обеспечить себя водой и не гнаться за прибылью. Сейчас президент Казахстана и президенты других стран регулярно собираются на саммитах по климату, говорят об Аральском море и призывают международное сообщество, ООН, Всемирный банк помочь в Аральском кризисе. Но, если посмотрите статистику, у нас за это время производство хлопка в Аральском бассейне выросло в полтора раза. Этот хлопок, который убил Арал, мы не только сохраняем — мы продолжаем увеличивать его производство», — напомнил эксперт.
Есекин уточнил, что имеет в виду Казахстан, Узбекистан и Туркменистан и период последних пяти лет. Приведённая им оценка роста производства в полтора раза требует отдельного сопоставления статистики трёх стран.
Продолжая эту мысль, эксперт связал проблему с расходованием водных ресурсов ради коммерческой выгоды.
«В интересах частных компаний, которые продают этот хлопок, то есть продают остатки Аральского моря. Поэтому эти вещи надо смотреть комплексно. Не только обращаться к мировым странам, чтобы они помогали нам посадкой саксаула и так далее, а сокращать производство водоёмких культур, которые там не должны быть вообще. А мы вместо этого увеличиваем производство хлопка. И производство риса мы увеличили. Мы должны пересмотреть нашу политику, учитывая, что дефицит воды будет нарастать на планете: это связано с повышением температуры, уменьшением переноса осадков, повышением испарения. Нам нужно ставить задачу самообеспечения», — считает Есекин.
Он выступает за ограничения, которые не позволяли бы частной выгоде достигаться за счёт экологического ущерба.
«Прибыль важна для частной компании, которая кладёт её в карман. Получить, например, 100 миллионов долларов в карман — это неплохо. Но Казахстану от этого один ущерб, населению ущерб и природе. Поэтому мы должны вводить ограничения», — подчеркнул эксперт, приводя условный пример соотношения коммерческой выгоды и общественных последствий.
Может ли технологическая зависимость стать рычагом давления
На вопрос о том, насколько реалистично политическое давление через зависимость от иностранного поставщика, Есекин ответил, что необходимо оценивать глубину такой зависимости и уровень решений, передаваемых партнёру.
«Нужно понимать, до какого уровня мы можем быть зависимы по технологиям. На локальном уровне, на уровне водосбережения — ради бога. Но на уровне управления водой, на уровне мониторинга информации, цифровизации — это всё должно быть в руках и в подчинении государства», — сказал он.
В качестве аналогии эксперт привёл военные технологии в Афганистане. По его утверждению, зависимость от американских систем ограничила возможности афганской стороны.
«Подчеркну: война США с Афганистаном, быстротечная. Ведь там технологии военные были все американские у афганцев. И они не смогли запустить ни ракеты, ни танки и так далее. Американцы их просто отключили», — заявил Есекин.
Этот эпизод эксперт использовал как иллюстрацию своего аргумента о технологической зависимости. Его утверждение о дистанционном отключении вооружений требует отдельного подтверждения.
По мнению Есекина, аналогичные вопросы самостоятельности возникают в энергетике и при создании цифровой инфраструктуры государства.
«То же самое сейчас по атомной станции говорят — о зависимости от технологий. Говорят по водороду, по многим вещам, по цифровизации. В своё время Сбербанк предлагал полностью сделать национальную цифровую платформу для Казахстана. Нужно создавать самим. Обучать людей, перенимать методы, технологии, но они должны быть собственные. Сейчас конкуренция и конфликты только нарастают. Попадать в зависимость от других стран, особенно в технологическую зависимость… Это не только какие-то данные, например персональные данные. Что такое технологии для воды, технологии для управления энергией, когда можно одним щелчком отключить всё электричество? Эти вещи должны полностью контролироваться государством», — подчеркнул эксперт.
Национальный интерес должен определять условия сотрудничества
Есекин считает, что вопрос стратегического контроля нельзя сводить исключительно к происхождению иностранной компании. В его оценке приоритет прибыли может вступать в противоречие с общественными интересами независимо от страны, которую представляет инвестор.
«Там частного капитала не должно быть. Потому что у частного капитала по определению главное — прибыль. Он не будет смотреть на национальный интерес. Какой бы он ни был: израильский, американский, российский или казахский», — заявил Есекин, говоря о стратегических системах управления.
Его позиция предполагает сотрудничество с зарубежными разработчиками при сохранении государственного контроля над ключевыми решениями. Практическими задачами такого партнёрства он называет сокращение потерь, внедрение водосбережения, совершенствование очистки и обучение казахстанских специалистов. При этом долгосрочное водообеспечение, по мнению эксперта, требует восстановления природных водных циклов и пересмотра экономической деятельности с учётом доступных ресурсов.
