«Самрук-Қазына» под микроскопом: миллиарды, привилегии и задержание руководителей

Однако вместе с масштабом активов растут и вопросы к эффективности управления, прозрачности расходов и ответственности топ-менеджмента. Последние сообщения о задержании главы фонда Нурлана Жакупова и председателя правления КТЖ Елжаса Отыншиева вновь привлекли внимание к тому, кто и как распоряжался национальным достоянием, передает SHYNDYK.KZ.

В феврале 2026 года глава государства Касым-Жомарт Токаев публично раскритиковал раздутые штаты квазигосударственных компаний. Особое внимание он обратил на административный персонал, который, по его словам, не загружен работой и вместо выполнения обязанностей проводит время в интернете.

Реакция последовала быстро. Председатель правления «Самрук-Қазына» Нурлан Жакупов сообщил о планах сократить около 650 сотрудников административно-управленческого персонала столичного офиса. Речь шла примерно о 10% соответствующего штата.

Но возникает закономерный вопрос: если сокращение такого количества должностей стало необходимым после президентской критики, кто и почему допустил разрастание управленческого аппарата до подобных масштабов? И насколько эффективно использовались средства фонда на содержание административных структур?

Отдельная тема — выплаты руководству фонда и его дочерних организаций.

По данным издания «Курсив», совокупные выплаты членам советов директоров и правлений «Самрук-Қазына» и его дочерних компаний за 2024 год составили 7,69 млрд тенге.

Важно понимать, что эта сумма относится к руководству всей группы компаний, а не лично к Нурлану Жакупову.

При таких масштабах вознаграждений общество вправе интересоваться, насколько выплаты топ-менеджменту связаны с реальными результатами работы, выполнением инвестиционных обязательств и эффективностью управления государственными активами.

Нурлан Жакупов возглавил «Самрук-Қазына» в апреле 2023 года. До этого он работал в международных финансовых организациях, горнорудном и банковском секторах, занимал руководящие должности в СПК «Астана» и инвестиционном фонде KIDF.

Его профессиональный путь проходил через ENRC, Credit Suisse, UBS, «Тау-Кен Самрук» и другие структуры. Назначение в «Самрук-Қазына» стало вершиной его карьеры в квазигосударственном секторе.

Однако управлять фондом с активами национального масштаба — это не только принимать инвестиционные решения и проводить совещания. Это ещё и публичная ответственность перед обществом.

Насколько открыта деятельность фонда? Как общество может оценить эффективность принятых решений? И почему информация о вознаграждениях руководителей и результатах отдельных проектов регулярно становится предметом журналистских запросов?

Елжас Отыншиев также прошёл значительную часть профессионального пути внутри структур «Самрук-Қазына».

Он окончил Московский физико-технический институт, начал карьеру в Ernst & Young, затем работал в инвестиционных подразделениях фонда и KIDF. В апреле 2023 года занял должность управляющего директора по стратегии и управлению активами «Самрук-Қазына».

20 июля 2026 года Отыншиев возглавил КТЖ. До этого он входил в совет директоров национальной железнодорожной компании.

Примечательно, что профессиональные пути Жакупова и Отыншиева пересекались в KIDF и «Самрук-Қазына». Таким образом, оба руководителя были связаны с одной системой управления ещё до назначения на ключевые должности.

Самый важный вопрос к фонду — не количество проведённых встреч и подписанных меморандумов, а конечный результат управления национальными активами.

Инвестиционные проекты, сроки их реализации, финансовые показатели дочерних компаний, эффективность закупок и расходы на содержание управленческого аппарата — всё это должно быть предметом общественного контроля.

Особого внимания заслуживает вопрос вознаграждений руководителей. По данным «Курсива», выплаты топ-менеджменту всей группы компаний за 2024 год превысили 7,6 млрд тенге. На этом фоне общество вправе требовать более подробного объяснения того, какие конкретные результаты стоят за такими расходами.

Новый виток общественного внимания к фонду возник после сообщений о задержании Нурлана Жакупова и Елжаса Отыншиева сотрудниками службы по противодействию коррупции КНБ.

По предварительным сведениям, речь идёт о подозрении в покушении на получение взятки в особо крупном размере. В распространённых материалах фигурируют часть 3 статьи 24 и часть 4 статьи 366 Уголовного кодекса РК.

Одновременно в социальных сетях появились кадры с чемоданами и денежными купюрами возле жилого комплекса в Астане. В публикациях называлась сумма около 80 млн долларов и распространялась версия о том, что деньги могли выбросить из окна. Однако происхождение наличных, их сумма и возможная связь с фигурантами официально не установлены.

На сегодняшний день преждевременно делать выводы о виновности руководителей. Но происходящее вновь ставит перед обществом принципиальные вопросы: насколько прозрачна система управления национальными активами, как контролируются многомиллиардные расходы и кто несёт ответственность за решения, принимаемые внутри крупнейшего государственного холдинга?

«Самрук-Қазына» — не частная компания и не закрытый клуб топ-менеджеров. Это структура, управляющая стратегическими активами Казахстана. Поэтому общество имеет право знать, как расходуются средства, кто принимает ключевые решения и какие результаты получает страна.

Именно на эти вопросы теперь необходимо получить исчерпывающие ответы.