В медиапространстве началась откровенная кампания по дискредитации Казахстана.
Украинские и зарубежные источники активно разгоняют фейк о том, что якобы «казахстанский след» причастен к атакам БПЛА на Омский НПЗ. Это не просто домыслы — это целенаправленная провокация. Авторы этих вбросов пытаются втянуть нашу страну в геополитический конфликт, используя географию как единственный «аргумент». Но профессиональная аналитика не терпит лжи. Казахстанский военный эксперт, полковник запаса Дархан Данияров, считает подобные выводы абсолютно необоснованными. Он жестко разобрал каждое слово в этих обвинениях, показав, почему подобные версии не имеют под собой ничего, кроме желания спровоцировать напряженность. Все подробности в материале SHYNDYK.KZ.
После атаки беспилотников на Омский нефтеперерабатывающий завод в ряде российских СМИ появилась версия о том, что дроны могли быть запущены с территории Казахстана. Поводом для таких публикаций стало мнение военного эксперта Бориса Джерелиевского, который связал свое предположение с географическим расположением Омска и сообщениями о ранее найденных в Казахстане обломках беспилотников.
Полковник запаса и казахстанский военный эксперт Дархан Данияров считает подобные выводы преждевременными. По его мнению, сама близость к государственной границе не может служить доказательством запуска БПЛА. Для подтверждения такой версии необходимы объективные данные — сведения радиолокационного контроля, подтвержденная траектория полета, координаты предполагаемого старта, результаты исследования обломков и другие материалы. В открытом доступе подобные доказательства отсутствуют.
«В данном случае мы видим не военную аналитику, а попытку заменить доказательства географической логикой. Омск действительно расположен ближе к Казахстану, чем к Украине. Но близость к границе не является доказательством запуска. Для таких заявлений нужны данные радиолокационного контроля, подтвержденная траектория, координаты старта, экспертиза обломков, серийные элементы, навигационные блоки и иные объективные материалы. Ничего этого публично не представлено», — отметил Данияров.
Эксперт также поставил под сомнение аргумент о невозможности удара по Омску с территории Украины. Он напомнил, что украинские средства дальнего поражения за последние годы существенно расширили свои возможности.
«Аргумент «далеко — значит запускали рядом» уже устарел. Украина за последние годы существенно нарастила дальнобойный ударный контур. Речь идет не только о БПЛА, но и о ракетных разработках. Поэтому сама удаленность Омска не делает Казахстан обязательным элементом схемы», — подчеркнул Данияров.
В частности, СМИ сообщали, что атака на Омский НПЗ стала одной из наиболее дальних по российской нефтеперерабатывающей инфраструктуре — расстояние оценивается примерно в 2,7 тысячи километров. Кроме того, зарубежные источники указывали, что модернизированные версии ударного беспилотника FP-1 способны преодолевать до 3,4 тысячи километров. Данияров также отметил, что Украина развивает и другие дальнобойные средства поражения, включая крылатую ракету FP-5 Flamingo, однако подчеркнул, что это разные классы вооружений.
«Здесь важно не смешивать классы вооружений. FP-1 — это беспилотник, Flamingo — крылатая ракета. Но оба примера показывают одно: Украина работает над средствами дальнего поражения. Поэтому эксперт, который автоматически ищет стартовую площадку в соседнем государстве, фактически игнорирует развитие украинских ударных средств», — сказал Данияров.
По мнению Дархана Даниярова, Борис Джерелиевский и ранее выдвигал резонансные версии, не получившие подтверждения. В августе 2023 года он заявлял, что атака БПЛА по Пскову могла быть осуществлена из Латвии, Эстонии или с акватории Балтийского моря, а также называл такой сценарий возможным casus belli — поводом для объявления войны.
«Псковский эпизод показателен. Тогда также быстро появилась версия о внешнем направлении — Прибалтика, Балтийское море, западные спецслужбы. Но подобные заявления без доказательной базы работают не на анализ, а на эскалацию. Сейчас мы видим похожую логику: вместо разбора уязвимостей собственной системы безопасности снова ищется внешний маршрут», — считает Данияров.
Еще один пример — прогнозы Джерелиевского по Харькову. В апреле 2024 года российские СМИ публиковали его оценки о том, что ВС РФ летом могут освободить Харьков; в том же материале он говорил, что ВСУ «держатся из последних сил». По состоянию на июль 2026 года Харьков не был взят российскими войсками. В предоставленной редакционной подборке также отмечены другие спорные прогнозы Джерелиевского, включая ожидание завершения основной части «украинского кейса» в 2024 году и повторяющиеся заявления о «скорых» наступательных успехах РФ.
«Это не личный вопрос к Джерелиевскому. Это вопрос качества экспертизы. Если человек регулярно строит прогнозы по принципу политической желательности, а не по совокупности фактов, к его новым версиям нужно относиться критически», — заявил Данияров.
По мнению Даниярова, версия о «казахстанском следе» удобна прежде всего потому, что позволяет увести дискуссию от внутренних проблем российской безопасности.
«Главный вопрос не в том, как привязать Казахстан к этой истории. Главный вопрос — как беспилотники смогли дойти до Омска, почему объект критической инфраструктуры оказался уязвим, где были эшелоны обнаружения, ПВО, РЭБ, охрана и контрразведывательный контроль. Операция «Паутина» прошлого года уже показала, что украинские спецслужбы способны использовать внутреннюю логистику самой России — грузовой транспорт, коммерческие маршруты, заранее подготовленные пусковые решения. То есть проблема может находиться не за границей, а внутри самой системы безопасности РФ», — отметил эксперт.
По словам Даниярова, попытки привязать Казахстан к атаке на Омский НПЗ выглядят как политически удобный нарратив, который отвлекает внимание от реальных вопросов: состояния российской ПВО, защиты критической инфраструктуры и контроля за внутренней логистикой.
Дархан Данияров судя по всему совсем не в теме.
Нет, не отмоетесь