Подъём формата «Центральная Азия + Япония» до уровня глав государств свидетельствует о переходе Токио от осторожной дипломатии к более предметному политическому и экономическому взаимодействию с регионом. Так считает PhD, ассистент-профессор Центра глобальных рисков Университета Нагасаки Есбол Сартаев, пишет SHYNDYK.KZ.
Есбол Сартаев – Доктор PhD, ассистент-профессор Центра глобальных рисков Университета Нагасаки. Более семи лет живёт он и работает в Японии. Его научные исследования сосредоточены на влиянии низких доз радиации на здоровье человека после аварий на атомных электростанциях, а также на вопросах технологических и экологических рисков.
По мнению Сартаева, сам факт проведения первого в истории саммита «Центральная Азия + Япония» на уровне лидеров указывает на качественное изменение японской региональной стратегии.
«19–20 декабря Токио станет площадкой для первого в истории саммита „Центральная Азия + Япония“ на уровне глав государств. Впервые за 20 лет существования формата диалог поднимается с министерского уровня до встреч лидеров, что сигнализирует о переходе от осторожной дипломатии к более предметному политическому и экономическому партнерству», — говорит эксперт.
Он также обращает внимание, что символичным является не только сам формат, но и уровень вовлечённости японской стороны и стран региона.
«Саммит пройдет в Токио под председательством премьер-министра Японии Санаэ Такаити. Участие подтвердили лидеры всех пяти государств Центральной Азии — Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана и Туркменистана. Помимо общей встречи запланированы отдельные двусторонние переговоры премьер-министра Японии с каждым из лидеров, а также параллельный бизнес-форум», — отмечает Доктор PhD.
По его мнению, переход на уровень глав государств отражает изменение роли Японии в конкурентной региональной среде Центральной Азии.
«Формат „Центральная Азия + Япония“ действует с 2004 года: до сих пор это была в основном платформа встреч глав МИД и рабочих проектов в рамках так называемой „шелковой дипломатии“ Токио. Переход на уровень лидеров — показатель того, что Япония больше не готова оставаться в тени других игроков в регионе», — считает Сартаев.
Отдельное значение, по его словам, саммит имеет для Казахстана, поскольку он совпадает с официальным визитом президента страны в Японию.
«Для Казахстана саммит накладывается на официальный визит президента Касым-Жомарта Токаева в Японию 18–20 декабря. В повестке — встречи с Императором Нарухито, премьер-министром Такаити и представителями японского бизнеса. Япония предлагает странам Центральной Азии координацию подходов к поддержанию международного порядка „на основе верховенства права“ — важный сигнал на фоне того, что государства региона традиционно тесно взаимодействуют с Россией и Китаем», — отмечает эксперт.
Он считает, что экономическая и технологическая составляющая японского предложения выходит далеко за рамки классических инфраструктурных моделей.
«В японских СМИ уже звучит идея создания рамки сотрудничества в сфере искусственного интеллекта. Речь идет не только о цифровых сервисах, но и о применении ИИ к геологоразведке, повышению эффективности работ с минеральной базой и оптимизации цепочек поставок редких металлов. Япония входит в десятку крупнейших инвесторов в Казахстан, а общий объем японских инвестиций за последние 17 лет превысил 7,8 млрд долларов», —рассказывает Сартаев.
По оценке эксперта, ключевая особенность японского подхода заключается в его долгосрочной логике и ориентации на устойчивость.
«Для Центральной Азии саммит важен сразу по нескольким направлениям. Прежде всего, речь идет о диверсификации внешних партнеров. Япония предлагает региону дополнительный канал технологической и инвестиционной поддержки, который не сводится к формуле „сырье в обмен на инфраструктуру“», — считает Сартаев.
По мнению ученого, японские проекты ориентированы на повышение технологического уровня производств, внедрение стандартов безопасности и долгосрочное сопровождение с обучением кадров. Это особенно заметно в машиностроении, энергетике, транспорте, медицине, а также в управлении природными и техногенными рисками.
