Китайская экономика входит в фазу замедления — и это уже не временный эффект, а структурная реальность, о которой в конце ноября 2025 года уже писали зарубежные СМИ. На фоне падения внутреннего спроса, кризиса в секторе недвижимости и снижения промышленной активности возникает вполне справедливый вопрос: перерастёт ли это замедление в полноценный кризис и как оно отразится на странах, тесно связанных с КНР. В интервью SHYNDYK.KZ эксперты прокомментировали, как спад экономики Поднебесной может отразиться на Казахстане.
Есть ли спад в экономике Китая?
По итогам 2025 года Китай демонстрирует один из самых низких темпов роста за последние десятилетия. Несмотря на официальные прогнозы в районе 4,8–5%, независимые аналитики и международные агентства оценивают реальный рост экономики на уровне 2,5–3%.
Слабые места экономики становятся всё более очевидными:
— снижение внутреннего потребления,
— затяжной кризис в строительном секторе,
— падение прибыли промышленных компаний,
— рост долговой нагрузки региональных властей,
— осторожность бизнеса и населения в инвестициях.
По данным Reuters, в ноябре 2025 года промышленная прибыль в Китае сократилась более чем на 13% в годовом выражении — одно из самых серьёзных падений за последние годы. Экономическая активность в рознице и производстве продолжает замедляться.
Как это может отразиться на Казахстане?
Китайская экономика — один из ключевых столпов мировой системы — всё чаще становится объектом тревожных прогнозов. Замедление роста, кризис в секторе недвижимости, падение внутреннего спроса и снижение промышленной активности заставляют аналитиков говорить не просто о временных трудностях, а о глубинной трансформации всей экономической модели КНР.
По словам кандидата PhD по государственному управлению и политологии Сагади Кисикова, происходящее в Китае нельзя рассматривать как обычный экономический спад.
«Мы наблюдаем не классический кризис, а системное охлаждение экономики. Китай переходит из фазы бурного роста в фазу зрелости, и этот процесс сопровождается болезненными изменениями — падением спроса, кризисом в строительстве и снижением инвестиционной активности», — считает политолог.
На протяжении десятилетий Китай рос за счёт масштабных инфраструктурных проектов, экспорта и строительного бума. Сегодня эта модель, по мнению эксперта, исчерпала себя. Население меньше потребляет, рынок недвижимости перегрет, а долги регионов достигли критических уровней.
Почему разговоры о «распаде» не случайны
Хотя формально речь не идёт о коллапсе экономики, многие процессы действительно напоминают структурный надлом:
— падают прибыли промышленных предприятий,
— снижается объём инвестиций,
— ослабевает доверие бизнеса и населения,
— сокращается экспортно-импортная активность,
— власти вынуждены постоянно стимулировать экономику.
«Китай перестаёт быть тем локомотивом, который тянул за собой регион. Сейчас он всё больше занят внутренними проблемами, и это неизбежно отражается на странах, завязанных на китайский рынок», — отмечает Кисиков.
Теневая сторона торговли: что происходит на границе
Отдельным фактором, который усиливает уязвимость экономических связей, остаётся ситуация на казахстанско-китайской границе. На протяжении последних лет эксперты и депутаты указывали на масштабный теневой оборот, связанный с расхождениями в таможенной статистике двух стран.
Речь идёт о миллиардах долларов, которые годами «терялись» между отчётами Казахстана и Китая. По данным открытых источников, только за отдельные периоды разница в статистике достигала десятков миллиардов долларов, что указывало на серые схемы, занижение стоимости грузов и неучтённый товарооборот.
Фактически, часть экономических потоков между странами долгое время находилась в полутени, что подрывало прозрачность торговли и искажало реальную картину взаимной зависимости.
На этом фоне любое замедление китайской экономики лишь усиливает риски — сокращение оборота автоматически делает видимыми те проблемы, которые ранее компенсировались объёмами.
Экономика Казахстана тесно связана с КНР сразу по нескольким направлениям: экспорт сырья, транзит, инвестиции, логистика, участие в инициативе «Один пояс — один путь».
По словам Кисикова, замедление Китая может привести к снижению спроса на казахстанские сырьевые товары, ослаблению транзитного потенциала, и снижению темпов реализации инфраструктурных программ.
«Опасность не в том, что Китай ослабнет, а в том, если Казахстан продолжит делать ставку только на одного партнёра. В новых условиях выигрывают те, кто умеет диверсифицировать экономику и внешние связи», — подчёркивает политолог.
«Для Казахстана замедление Китая — не катастрофа»
По словам директора Центра политических исследований ИФПР, политолога Айдара Амребаева, происходящее в Китае не стоит воспринимать как экономический обвал или угрозу для соседних стран. Речь идёт скорее о естественном этапе развития экономики, которая подошла к пределам прежней модели роста.
Как отмечает эксперт, ключевая проблема Китая сегодня — не спад как таковой, а дефицит трудовых ресурсов, вызванный демографическими изменениями.
«Китай сталкивается с последствиями политики “одна семья — один ребёнок”. Население стареет, трудоспособных людей становится меньше, и это объективная реальность. Именно поэтому Китай начинает переносить часть производств в страны с более молодым и многочисленным населением — в Бангладеш, Вьетнам и другие регионы», — отмечает Амребаев.
По его словам, это не кризис, а перестройка экономической логики, в которой Китай уходит от экстенсивного роста и перераспределяет производственные цепочки.
По мнению политолога, ожидать, что эти процессы серьёзно ударят по Казахстану, не стоит.
«Если смотреть трезво, то даже совокупный рынок Казахстана, Центральной Азии и России — это не тот масштаб, который может существенно повлиять на экономику Китая. Один только Шанхай — это более 30 миллионов человек. Это больше, чем всё население нашей страны», — говорит эксперт.
Он также подчёркивает, что в глобальном смысле Казахстан остаётся небольшим игроком, и потому китайское замедление не несёт для него критических рисков.
«Мы не в той весовой категории, чтобы изменения в китайской экономике напрямую определяли нашу судьбу. Поэтому я бы не стал драматизировать происходящее», — говорит Амребаев.
Таким образом, замедление китайской экономики — не краткосрочное явление, а долгосрочный тренд, который в целом требует от Казахстана более гибкой и продуманной экономической политики. Для Казахстана особенно важно усиливать прозрачность торговли, развивать собственную экономическую устойчивость, выстраивать прагматичную, а не эмоциональную внешнеэкономическую стратегию.
