Конституционная реформа усилила акцент на правах и свободах человека, однако её результативность, в конечном счёте, будет определяться не количеством новых правовых норм, а тем, насколько эффективно ими сможет воспользоваться обычный гражданин. Возможность обжаловать действия государственных органов, обратиться в суд и добиться исполнения принятого решения становится практической проверкой новой системы судебной защиты. О том, что изменилось для граждан, и по каким критериям через несколько лет можно будет оценить эффективность новых конституционных механизмов, SHYNDYK.KZ рассказал старший научный сотрудник Института законодательства РК Ержан Мадимажитов.
От конституционной нормы — к защите конкретного человека
Одним из главных результатов конституционных изменений для обычного гражданина должно стать усиление и упрощение механизмов, позволяющих защищать свои права. Как объясняет Ержан Мадимажитов, человек получил более сильные и понятные возможности для того, чтобы оспаривать решения государственных органов и должностных лиц, если считает их незаконными.
На практике речь может идти о вполне повседневных ситуациях. Например, гражданину отказали в предоставлении государственной услуги или назначении выплаты, хотя он уверен, что имеет на неё законное право. Если раньше человеку порой приходилось длительное время обращаться в различные инстанции, то сегодня механизм обжалования должен быть более понятным: решение можно оспорить, обратиться в суд, а при необходимости задействовать конституционные механизмы защиты.
По мнению эксперта, именно здесь проявляется практическое значение произошедших изменений.
«Главное — человек получил более сильные и понятные возможности защищать свои права. Если гражданин считает, что государственный орган или должностное лицо поступили незаконно, он может обжаловать это решение и обратиться в суд. Конституция должна работать не только как главный закон страны, но и как реальная гарантия для конкретного человека», — отметил эксперт.
Таким образом, значение конституционной гарантии определяется не только самим закреплением права на судебную защиту. Для гражданина гораздо важнее, существует ли понятный путь от нарушения его права до его фактического восстановления.
Суд может поставить вопрос о конституционности самой нормы
Говоря о том, насколько эффективны новые механизмы судебной защиты уже непосредственно на практике, Ержан Мадимажитов отмечает ещё одно принципиальное изменение: сама система становится более ориентированной на человека, а судебная защита рассматривается как одно из его основополагающих прав.
При этом значение имеет не только возможность гражданина обратиться в суд и оспорить конкретное решение государственного органа. Дополнительные возможности получили и сами суды: при рассмотрении дела они могут реагировать на применение правовых норм, способных противоречить Конституции и затрагивать гарантированные ею права человека.
Особенно наглядно этот механизм можно рассмотреть на примере уголовного судопроизводства. Если в ходе рассмотрения уголовного дела суд приходит к выводу, что определённая норма закона может нарушать конституционные права обвиняемого, вопрос уже выходит за пределы конкретного спора. Возникает возможность обращения в Конституционный Суд и проверки самой нормы закона на соответствие Конституции.
«Система стала более ориентированной на человека. Важное значение имеет то, что судебная защита рассматривается как основополагающее право, а суды получили дополнительные возможности защищать человека от применения норм, которые могут противоречить Конституции. Если в ходе рассмотрения уголовного дела суд приходит к выводу, что определённая норма закона может нарушить конституционные права обвиняемого, возникает механизм обращения в Конституционный Суд», — пояснил эксперт.
Таким образом, речь идёт уже не только о разрешении конкретного конфликта между человеком и государством. Судебное разбирательство способно поставить более фундаментальный вопрос — соответствует ли сама применяемая правовая норма конституционным гарантиям гражданина.
«Это уже не просто спор между гражданином и государством — появляется возможность проверить сам закон. Поэтому мы можем говорить о создании более серьёзных гарантий, которые работают на эффективность защиты граждан», — подчеркнул эксперт.
Именно этот механизм расширяет содержание права на судебную защиту. Гражданин получает возможность добиваться восстановления своего конкретного права, тогда как выявление потенциально неконституционной нормы позволяет поставить вопрос уже о качестве самого законодательства. В результате защита может приобретать не только индивидуальное, но и более широкое значение — для других граждан, которые в дальнейшем могли бы столкнуться с применением той же нормы.
Как понять, что новые механизмы действительно заработали
Окончательно оценивать эффективность новой системы спустя лишь несколько месяцев после её запуска преждевременно. Более объективные выводы можно будет делать через несколько лет, когда сформируется достаточная правоприменительная практика. Однако уже сейчас, считает эксперт, можно определить критерии, по которым впоследствии следует оценивать результат реформы.
Первый и наиболее понятный пример касается конкретного гражданина. Если человек был незаконно лишён какого-либо права, обратился в суд, был услышан, получил судебное решение, а это решение впоследствии действительно было исполнено, перед нами уже не формальная конституционная гарантия, а работающий механизм восстановления нарушенного права.
Не менее важен системный эффект конституционного контроля. Если Конституционный Суд обнаруживает проблему в законодательстве, после его решения соответствующие нормы меняются и благодаря этому тысячи других граждан впоследствии не сталкиваются с аналогичным нарушением, это также свидетельствует об эффективности новой модели.
«Я бы оценил реформу по пяти критериям: доступность суда, скорость рассмотрения, справедливость решения, реальное исполнение решений и доверие граждан. Главный показатель очень простой: если человек знает, что при нарушении его прав он не останется один на один с государством и может реально добиваться восстановления справедливости, значит, конституционные механизмы работают», — подчеркнул эксперт.
Именно поэтому эффективность судебной защиты нельзя измерять исключительно количеством рассмотренных дел или принятых решений. Решение должно не просто существовать на бумаге — оно должно приводить к восстановлению нарушенного права. Одновременно выявление неконституционной нормы должно становиться основанием для исправления законодательства, чтобы с той же проблемой впоследствии не сталкивались другие граждане.
В конечном счёте, главным результатом конституционных преобразований становится положение самого человека в отношениях с государством. Доступность суда, разумные сроки рассмотрения дела, справедливость решения и его реальное исполнение постепенно должны формировать и пятый критерий — доверие граждан. Как отмечает старший научный сотрудник Института законодательства РК, в этом направлении казахстанская правовая система сегодня движется в правильную сторону.
