Февраль и март 2026 года перевернули мировое представление о стабильности. Военная операция США и Израиля против Ирана, гибель ключевых иранских лидеров и фактическое обезглавливание режима поставили планету на грань большой войны. Сегодня главный вопрос не «что происходит», а «почему это происходит» и что на самом деле движет игроками за закрытыми дверями Белого дома. Дональд Трамп снова играет ва-банк. Это личный расчет, холодный бизнес или попытка перекроить карту мира навсегда? Пока политологи спорят о графиках и котировках нефти, мы решили заглянуть глубже — туда, где принимаются решения на уровне интуиции и подсознания. SHYNDYK.KZ побеседовал с известным в странах СНГ менталистом Светланой Абдурахмановой. Ее аналитические прогнозы часто подсвечивают то, что скрыто за официальными брифингами. В этом материале — психологический портрет Трампа, его истинные цели в войне и ответ на главный вопрос: кто на самом деле заплатит самую высокую цену в этом противостоянии.
Светлана Абдурахманова предвидела обострение ситуации на Ближнем Востоке ещё в 2024 году. В 2026 году она конкретизировала прогноз, особенно касающийся Ирана, Ирака и Турции, предсказывая «сильные, яркие, хаотичные вспышки энергии» в марте 2026 года. Эти предсказания совпали с усилением боевых действий и резким обострением геополитической ситуации, подтверждая точность её аналитического подхода.
По мнению Абдурахмановой, решение Трампа о военной операции против Ирана было принято под давлением окружения, а не интуитивно самим лидером. Его сознание «в тумане», что приводит к противоречивым заявлениям.
Трамп уверен в своём статусе «сильного лидера», но полагается на военных советников, которые «дали ему предложение, от которого он не смог отказаться». Он рассматривает войну как возможность «перезагрузки» мирового энергетического рынка в интересах США, а не как борьбу со «злом».
Эмоциональное состояние и стратегия
Абдурахманова отмечает, что Трамп испытывает противоречивые чувства: желание выйти из конфликта, страх и чувство вины за жертвы, но одновременно оправдывает свои действия самообороной. Он раздражён отказом союзников по НАТО, особенно Эммануэлем Макроном, которого считает «мерзким и скользким».
Четкой конечной цели в войне у Трампа нет. Он не готов к вводу наземных войск и не верит в капитуляцию Ирана, но согласился на операцию в надежде избежать масштабного конфликта. В его мечтах Иран через пять лет станет «новым штатом США».
Последствия и ущерб
С точки зрения менталиста, последствия операции будут значительными и многоплановыми:
– Иран выйдет победителем, коллапса власти и гражданской войны не будет;
– Наибольшие экономические потери понесут Грузия, Армения, Азербайджан, Сирия, Ирак, Египет и Турция;
– Ливан, Израиль, Палестина, Иордания столкнутся с гуманитарной катастрофой;
– Экология региона пострадает на 3–5 лет;
– Экономический коллапс произойдет быстро (6–9 месяцев) и изменит мировую экономику.
Прогноз развития конфликта
Сильные боевые действия в Иране продлятся до осени 2026 года, пик — июнь–июль. Ормузский пролив будет закрыт до конца года, Персидский залив и Красное море останутся небезопасными 1–1,5 года. Аравийский полуостров может погрузиться в экономическую «тьму». Наземной операции США не предвидится — Трамп ограничится дистанционными ударами.
Кто заплатит самую высокую цену?
По прогнозу Светланы Абдурахмановой, наибольшие потери понесет Израиль. Иран нанесёт удары с удвоенной силой, что приведет к масштабным разрушениям. США могут временно выйти из конфликта, сохранив свои бизнес-проекты, оставив Израиль один на один с последствиями.
Comments 1