Фонд «Самрук-Казына», управляющий крупнейшими государственными активами Казахстана, вновь оказался в центре критики — на этот раз из-за размеров выплат топ-менеджерам и непрозрачности системы вознаграждений. Эту неоднозначную ситуацию редакция SHYNDYK.KZ обсудила в эксклюзивном интервью с председателем правления Национального аналитического центра Расулом Рысмамбетовым.
Эксперт обратил внимание на то, что обсуждение выплат руководству фонда во многом упирается в терминологию, которая, по его словам, лишь усиливает общественную критику.
«По вознаграждениям – вопрос скорее лингвистический. Чуть ли не половина менеджеров фонда – выпускники англоязычных вузов – поэтому вознаграждение это зарплаты и бонусы, платежи независимым директорам, remuneration. В годовом отчете за 2024 год это было больше 7,6 млрд тенге. Терминологическая ошибка, когда они называют это «вознаграждением». Это скорее расширенный фонд оплаты труда. Учитывая, что «СК» это едва ли не половина экономики страны – коммуникация прихрамывает. Отсюда эта критика и заслуженная», — сказал он.
Рысмамбетов напомнил, что «Самрук-Казына» создавался как холдинговая структура для управления национальными компаниями, однако со временем фонд оказался вовлечен в выполнение множества несвойственных ему задач.
«Вообще фонд СК был создан как холдинговая компания, чтобы управлять и координировать национальные компании. Далеко не все идет гладко, есть вопросы как по отдельным компаниям, так и в целом по задачам фонда. Слишком много он получает сиюминутных политических поручений – построить там, починить здесь, купить то – это не может не сказываться на его эффективности», — отметил эксперт.
По его словам, крупные финансовые показатели фонда не снимают вопросов о реальной эффективности его работы. В 2024 году «Самрук-Казына» перечислил в бюджет около 1,4 трлн тенге: 850–860 млрд тенге составили дивиденды, около 450 млрд было направлено на социальные проекты, еще 50 млрд — в фонд «Казахстан Халкына».
«По идее это хорошие показатели. Но ключевой вопрос не в масштабе цифр, а в качестве. Сколько из этой прибыли создано рыночной эффективностью, а сколько тарифной политикой, квазибюджетными решениями и административной рентой? Тут надо разбираться», — отметил Рысмамбетов.
Отдельную обеспокоенность, по его словам, вызывает концентрация огромных финансовых потоков внутри квазигосударственного сектора и сложная структура управления активами.
«Через дочерние структуры Самрука проходят сотни миллиардов тенге инвестиций и закупок. Чем сложнее структура, тем выше риск неэффективного распределения капитала, снижения конкуренции и конфликта интересов. При такой концентрации активов даже системная ошибка обходится экономике очень дорого. Пока же в Самруке соединены как социалка, так и поручения экономического плана. Несмотря на создание фонда “Казахстан Халкына”, Самрук продолжает финансировать социальные проекты», — отметил экономист.
Рысмамбетов подчеркнул, что с момента создания в 2008 году фонд превратился в один из ключевых центров экономической системы страны, управляя активами на десятки триллионов тенге.
«Надо признать, что Самрук-Казына все же центр тяжести казахстанской экономики. Он генерирует триллионы и управляет активами на десятки триллионов тенге. Но чем больше масштаб, тем выше требования к прозрачности. Чем распускать фонд, как предлагают некоторые — легче просто отключить социальную функцию фонда, иначе у нас деньги уходят в песок», — заявил он.
По мнению эксперта, одним из способов снизить уровень недоверия к фонду могла бы стать полная открытость принимаемых решений.
«Каждое решение можно вынести в открытый доступ и все поручения президента и постановления правительства по деятельности фонда — вывесить на сайте. Вот тогда мы и увидим реальных бенефициаров. А риски коррупции будут всегда, это скорее культурная особенность, вытравливать которую надо будет десятилетиями», — добавил Рысмамбетов.
